Ещё совсем недавно нефтяная индустрия Аляски казалась отраслью, медленно уходящей в прошлое. Добыча падала, крупнейшие компании сворачивали активность, а эксперты всерьёз обсуждали сценарий, при котором легендарный Трансаляскинский трубопровод (TAPS) однажды просто перестанет работать.

Сегодня ситуация изменилась настолько резко, что в индустрии всё чаще говорят о «новой золотой лихорадке» в Арктике, пишет Fortune.

На фоне возвращения Дональда Трампа к власти, смягчения регулирования и серии крупных геологических открытий Аляска вновь превращается в один из главных центров нефтяных инвестиций в мире. Международные корпорации, которые ещё несколько лет назад фактически отказались от региона, снова возвращаются в Арктику — и готовы вкладывать миллиарды долларов.

Одним из главных факторов нефтяного ренессанса стала политика администрации Дональда Трампа.

Практически сразу после инаугурации Трамп подписал указ, направленный на ускорение добычи нефти, газа и полезных ископаемых на Аляске. Его администрация рассматривает штат как ключевой элемент стратегии «энергетического доминирования» США.

Министерство внутренних дел уже отменило часть ограничений эпохи Байдена, которые запрещали бурение на значительной территории National Petroleum Reserve-Alaska (NPRA) — огромного федерального нефтяного резерва площадью около 23 миллионов акров.

Параллельно власти готовят ускоренную систему выдачи разрешений на новые нефтяные проекты. Для нефтяных компаний это стало сигналом: Арктика снова открыта для бизнеса.

Особенно показательным стал мартовский аукцион по аренде участков в NPRA.

Компании ConocoPhillips, Shell, ExxonMobil, Santos и ещё несколько игроков поставили рекорд, предложив почти $164 млн за лицензии на добычу нефти и газа.

Для отрасли это стало важным символом.

ExxonMobil не бурила разведочные скважины на Аляске с начала 1990-х. Shell ещё в 2015 году официально заявляла, что уходит из арктического региона «на обозримое будущее» после неудачных попыток найти нефть в северных морях.

«Это действительно ощущается как возрождение Аляски», — заявил глава ConocoPhillips Райан Лэнс.

По его словам, на фоне растущего мирового спроса на нефть компании снова обращаются к регионам с крупными традиционными месторождениями, и Аляска оказывается одним из самых привлекательных вариантов.

Ключевым моментом для региона стало открытие месторождений в геологической формации Нанушук.

Долгое время считалось, что потенциал этой зоны ограничен. Но в 2013 году независимый нефтяник Билл Армстронг совместно с испанской Repsol обнаружил значительно более крупные запасы, чем предполагалось ранее.

Последующие бурения в 2015–2017 годах подтвердили: под арктической тундрой скрываются огромные объёмы нефти.

Именно это открытие стало основой нового нефтяного бума.

В мае 2026 года компании Santos и Repsol начали коммерческую добычу на проекте Pikka, который должен выйти на объём около 80 тысяч баррелей в сутки.

ConocoPhillips параллельно строит масштабный проект Willow с запасами около 600 миллионов баррелей. Начало добычи ожидается в 2029 году.

Кроме того, появляются и новые перспективные участки — Quokka, Sockeye и другие месторождения, которые только усиливают уверенность индустрии.

По словам Билла Армстронга, в регионе может находиться как минимум дюжина ещё неразработанных крупных нефтяных аномалий.

Несмотря на экстремальные условия, арктическая нефть остаётся крайне привлекательной для компаний.

Работа здесь требует сложной логистики, специальных технологий и коротких сезонных окон для строительства ледовых дорог и платформ. Температуры зимой могут опускаться до -30°C.

Однако у арктических месторождений есть важное преимущество: они значительно крупнее и стабильнее многих сланцевых проектов в континентальной части США.

В отличие от сланцевых скважин, где добыча быстро падает, традиционные арктические месторождения способны обеспечивать стабильную добычу десятилетиями.

«Потенциал здесь действительно уникален», — отмечают аналитики Wood Mackenzie.

Но нефтяное возвращение в Арктику вызывает всё больше споров.

Экологические организации предупреждают, что расширение добычи угрожает одной из крупнейших нетронутых экосистем планеты.

Регион играет важную роль для миграции птиц, арктических животных и баланса всей северной экосистемы.

Особую тревогу вызывает влияние на популяции карибу, китов и другие виды, от которых зависят местные коренные народы.

«Сейчас мы наблюдаем не взвешенный подход, а настоящую золотую лихорадку», — заявляют представители Natural Resources Defense Council.

Тем не менее индустрия всё увереннее говорит о начале новой эпохи.

После десятилетий разговоров о закате аляскинской нефти регион снова оказался в центре глобальной энергетической стратегии США.

И если ещё недавно будущее Трансаляскинского трубопровода казалось под вопросом, то теперь объёмы добычи на Северном склоне снова растут.

«Я никогда не думал, что вернусь сюда работать», — признаётся Джон Курц.

Source: https://news.am/ru/news/1038151